Статья посвящена истории одного из эпизодов ведения исследовательской работы офицерами штаба Отдельного кавказского корпуса по сбору разведывательных данных об Афганистане, связанного с так называемым «афганским посольством», прибывшим на Кавказ в 1835 г. В научный оборот введены неиспользовавшиеся ранее материалы, хранящиеся в фондах центральных архивов, библиотек и музеев: РГВИА, НИОР РГБ, ОР РНБ, ОПИ ГИМ. Целью исследования стал анализ проблемы формирования представлений в сфере так называемой «имперской географии» фронтирных территорий, складывавшейся в России, а также в других европейских странах в XIX в. В статье проанализированы содержание двух секретных записок, составленных офицерами Генерального штаба по канонам военно-статистических описаний территорий, интересующих имперские власти, а также материалы расследования, проведенного относительно личностей афганских послов. Анализ документов проведен на основе наработок направления «постколониальных критик», прежде всего концепции ориентализма Э. Саида и методологии анализа сбора европейцами сведений о восточных регионах, предложенной современным малайским историком Фаришем Нуром. Автором также учитывался и системный подход к изучению международных отношений, позволяющий рассматривать аналитическую деятельность офицеров Отдельного кавказского корпуса в контексте влияния собранных ими сведений на выстраивание курса дипломатических отношений Российской империи со странами своего Юго-Восточного приграничья. В статье показано, что, несмотря на авантюрность прибывшего на Кавказ дипломатического посольства, штаб Кавказского корпуса смог извлечь максимальную пользу из факта прибытия в регион людей из отдаленного региона. Действия его руководства свидетельствуют о понимании связи между властью, потребностями в расширении границ империи и необходимостью изучения географических, этнографических и политических условий жизни земель, не только на ближних, но и на дальних подступах к Кавказу. Статья адресована широкому кругу исследователей и всем тем, кто интересуется проблемами российского интеллектуального освоения Кавказа, Афганистана, Персии и Востока, а также историей внешнеполитической деятельности и дипломатии XIX века.
The paper studies an episode of the Afghanistan survey performed by the officers of the Caucasus corpus’ Headquarters. The backcloth of the research is the history of the diplomatic Afghan ambassy that arrived in the Caucasus in 1835. The primary sources are kept in Russian central archives and museums such as RSMHA, SISM RSL, SM RNL, and DM SHM. The purpose of the study was to analyze the problem of the formation of ideas about the so-called “imperial geography” of frontier territories that developed in Russia as well as in other European countries in the 19th century. The article analyzes the contents of two secret notes compiled by officers of the General Staff according to the canons of military-statistical descriptions of territories as well as materials from the investigation conducted into the identities of the Afghan ambassadors. We use the “post-colonial criticism” approach widely practiced by the foreign researchers, primarily the concept of E. Said’s Orientalism conception and also methodology of the Malay historian Farish A. Noor focused on the Europeans data-gathering in the East regions. The author also took into account a systematic approach to the study of international relations, which allows considering the analytical work of the officers of the Separate Caucasian Corps in the context of the influence of the information they collected on the development of the course of diplomatic relations between the Russian Empire and the countries of its South-Eastern borderland. The paper headlines that, despite the adventurism of the embassy, the Headquarters was able to derive maximum benefit from the fact that people from Afghanistan arrived in the region. The actions of the commanding stuff indicate that it understood the connection between power, the need to expand the borders of the empire and the need to study the near, as well as remote Caucasus vicinity. The article is addressed to a wide range of researchers and all those who are interested in Russian intellectual acquisition of the East, as well as the history of the 19th century diplomacy.